Date: 2009-09-23 20:41 Subject: 23.09.2009 Security: Public

Если Ты вырвешь меня из сюжета
Легкой рукой,
Я все равно буду в книге. Не в этой,
В другой.

В той, где для каждого смертного строчка
Одна.
Имя и дата. "Жил, умер" - и точка.
Хватит сполна.

Date: 2009-08-31 23:32 Subject: van Geart, 7 Security: Public

...как могильная плита, темный и неповоротливый. Кажется, ты и не закрывал глаз, лишь мир снаружи перестал быть зримым. Вдох, выдох, и что-то третье, новое в извечном цикле, неназванное, и оттого неуловимое. И снова вдох, выдох. Ты начинаешь замечать, что вязкая тьма подчиняется этому ритму покорно. Набегает волнами на обсидиановый тусклый галечный берег, отступает, шелестя, и тихо замирает на третьем такте, лишнем.

Сквозь пыльный, молью побитый бархат проступает бессвязное бормотание. Протекает, просачивается, собирается в лужи меж истертых половиц - медленно разливается, разделяясь на ручейки. Тот, что бежит вдоль твоего неудобного ложа, журчит на два голоса, смутно женственных, детских ли, ангельских, а кстати не забыть бы спросить у Ингвара, он был рядом где-то, чуть ли не...

Старый диван мучительно вздрагивает, выгибается, скрипит надрывно. Кто-то перешагивает через тебя и удаляется, шаркая и давя текущие мимо слова. Дверь отзывается всплеском, хрипло, прокурено: "Ты куда, Причер? Отлить?" "Помолиться," - падает ответ, и ты проваливаешься обратно в сон, тяжелый и неотвратимый, как могильная плита...

Date: 2009-08-28 00:17 Subject: van Geart, 6 Security: Public

Тебя не смущает, что человек, которого ты любишь, не существует? Я до сих пор помню, как влюблялся сам, еще в миру. Когда для тебя все люди вокруг - лишь тени ее; пение птиц, ворчание ручья - лишь эхо ее шагов; каждый вдох, каждый выдох вдали от нее - впустую. Какую же ересь перед лицом Творца сотворил ты с собой, если тень - та, которую ты любишь? Если голос ее - лишь эхо? Если ни дня, ни минуты не можешь быть ты с ней рядом? Что тогда весь мир для тебя? Вакуум? Пустота? Ничто?

В твоей утренней газете каждое слово - "никогда". Каждое прикосновение - боль, каждый глоток воздуха - яд, а часы с кукушкой - оскаленный лик врага. Врага, которого ты не в силах победить - потому что ты сам так решил. Тебе нечего ждать. Некуда идти. В заповедях сказано, что Творец есть любовь, любовь есть жизнь, а жизнь есть радость. Но твой выбор - это смерть. Это хуже, чем смерть.

Жерар, не молчи. Ответь же хоть что-нибудь. Хотя бы солги...

Хотя бы скажи: "ты так ничего и не понял".

Date: 2009-08-27 00:51 Subject: van Geart, 5 Security: Public

Анна Августа Октавиа, благообразная пожилая дама пятидесяти двух лет, долгое время наблюдалась в душеполезной клинике майстера Экерманна по причине сезонной ипохондрии, болезни для ее возраста вполне понятной и протекающей, учитывая обстоятельства бурного прошлого, в относительно легкой форме. Когда же в мае **20-го года течение болезни переменилось с сезонного на хронический, лечащий врач Анны Августы, доктор Экерманн-младший, прописал было обычные для пациентки успокоительные средства, лишь в повышенных дозах. Не получив, однако, должного результата в положенные сроки, он, по совету отца, обратился за консультацией к стороннему специалисту.

( Первичный диагноз я составил быстро... )

Date: 2009-08-22 01:28 Subject: van Geart, 4 Security: Public

Ты трикстер, Жерар. Игрок человеческими жизнями. Ты плетешь паутину лжи, недомолвок, намерено ошибочных суждений, это твоя игральная доска. Многомерная, раскрашенная в фантасмагорические цвета, зыбкая, вечно изменчивая игральная доска. В тебе нет зла, я вижу, да. Но, Творец тебе судья, однажды ты оступишься и фишки на доске обернутся против тебя.

Интересно, сколько людей, кроме тебя самого, способны разглядеть эту игру, во всей глубине, и оценить? Двое? Значит, еще кто-то кроме меня? Нет, только не надо продолжать. Сейчас ты скажешь, что не включал меня в это число, хотя мы оба с тобой знаем, что это не так. Но даже если я один из них, то кто - другой? Или это снова ложь, тебе просто не хватает зрителей или ты пытаешься развеять мое ощущение уникальности? Или ложь это вдвойне, когда тот другой существует взаправду, но ты хочешь, чтобы я не знал об этом, хочешь, чтобы я думал, что ты лжешь. И тройную ложь я могу себе представить, но уже где-то на этом повороте паутины тонкости оттенков и переливов паучьего шелка начинают ускользать от меня. Но ты не признаешься, никогда не ответишь прямо. И любой, кто рискнет попытаться уличить тебя, будет гоняться по закоулкам за твоей тенью до скончания дней. Давай лучше я просто скажу, что меня не интересует правда. В конце концов, что изменит она в моей жизни? Созерцание твоих психологических этюдов - занятие столь же умозрительное, как и сами они.

Date: 2009-08-20 01:03 Subject: van Geart, 3 Security: Public

Окна "Рихтера" выходят на четную сторону Лестничного переулка, вполне себе большой, но совершенно непроезжей щели между жилыми домами и лавками. Переулок сбегает террасами к реке, вихляя и прячась в запущенные скверики старого города, но все же придерживаясь направления более-менее северо-восточного. А значит, окна кофейни обращены примерно на северо-запад. Если подумать, не самое удачно место, чтобы встречать рассвет.

Утром того памятного дня рассвет я встречал скрючившись в три погибели над барной стойкой, в состоянии неустойчивого равновесия. Начать с того, что высокий табурет, мебель и без того не идеальная, совершенно не подходит для человека моего роста и телосложения. Чтобы только удержаться на этом, с позволения сказать, торжестве инженерной мысли, приходится изощренно обвивать ножки табурета своими ногами, не длинными - да чего там, короткими - и, после стольких лет кабинетной работы, к изощренным обвиваниям пригодными мало.

Телефон в "Рихтере" заслуживает отдельной истории. Нет, это, конечно, не бабушкин аппарат со смешной рукояткой, как у кофемолки. Хотя такой неплохо бы смотрелся в интерьере кофейни. Аппарат, которым мне в то утро довелось воспользоваться, был вполне современным, удобным и практичным... лет эдак двадцать назад. С трудом балансируя в одной руке кофейную чашку и телефон, формой и размерами больше напоминающий подсвечник, другой рукой прижимая к уху динамик в надежде расслышать побольше через треск статики, я держался локтями за стойку бара и думал только об одном. О стрелке на трамвайных путях через два дома отсюда. О том, хорошо ли ее перевели и что произойдет, если нет. Сверну ли я себе шею, не успев расцепить конструкцию из себя и табурета - или лишь напою "подсвечник" чашкой крепкого кофе.

Date: 2009-08-19 00:23 Subject: van Geart, 2 Security: Public

Так мы ловили в детстве шмелей. Аккурат на самом повороте к Латунному переулку энергичные старушки из двух соседних домов высадили целое море ярких желтых цветов. Невиданное дело в нашем-то тупике, сухом и пыльном, солнечном, но почти без клочка живой земли. Брусчатка и тротуарная плитка; украшения - аккуратный волнистый песок и многослойные витражи из разноцветного бутылочного стекла; память прошлых веков - стальные листы, битум, асфальт, мучительно перекрученные гротески из армированного бетона; но никогда - земля. Почти никогда.

То ли эти цветы и взаправду не пахли, то ли память моя хранит о том времени лишь зрительные образы. Шмели же слетались на них со всей округи, с самых окраин, с площади Жестянщиков, из Мемориального парка и даже, быть может, из ближнего Прилесья. Только шмели, никаких ос, пчел или жуков, только шмели, всевозможных размеров и расцветок.

Ловишь шмеля в спичечный коробок. Притворяешь коробок не до конца, так, чтобы торчала задняя лапа. Завязываешь на лапе нитку, свободный конец наматываешь на палец - и открываешь коробок. Дикое зверсто, если подумать. Я даже не помню, чем все заканчивалось. Улетал ли шмель вместе с ниткой, отрывалась ли лапа... И все это ради нескольких минут незамутненной садистской радости. Плененный шмель летает вокруг твоей руки, не в силах понять, что его удерживает. Привязь невидима даже для окружающих людей. Даже для тех, кто посвящен в таинство, и знает, куда смотреть.

Так мы ловили в детстве шмелей. Вряд ли один и тот же попадался нам дважды, с тем исходом или иным. Но ты просыпаешься... каждое утро... с одной и той же мыслью. О том, что новый день, да, не будет похож на предыдущий. О том, что ты не знаешь, чья рука держит твою невидимую привязь. О том, что как бы ни меняла ты свои дни, тебе положен незримый предел, твоим желаниям и устремлениям, целям, возможностям, вдохам и выдохам... Неосязаемый барьер - ты бьешься об него, дергаешься, но не происходит ровным счетом ничего. Ты хочешь, чтобы было иначе, хочешь ощущать боль в лапе, за которую поймана. Ты жаждешь увидеть, почувствовать - если не руку, то хотя бы саму нить. Но ее нет. Понимаешь? Ее нет.

- Еще кофе, герр Гарт?

Date: 2009-08-19 00:08 Subject: van Geart, 1 Security: Public

Каждую песчинку той лавины, что течет сквозь нее, ты видишь; каждый завиток, каждую нить того потока, которым она дышит. Вдыхая и выдыхая секунды, терции, такты, она плывет скозь время, обгоняя тех, кто рядом с ней, тех, кто впереди нее... тех, кто никогда о ней не слышал, не думал и никогда о ней не узнает. Но каждый штрих, росчерк, взмах кисти мастера, каждая мельчайшая деталь ее четырехмерного портрета говорит тебе лишь об одном. Твердит тебе одно и тоже. Выстукивает сухо единый ритм на четыре четверти, раз за разом, год от года, день ото дня; всякая мысль о ней звучит лишь так. Нет. Вре-ме-ни. Нет. Вре-ме-ни. Нет...

Невозможно - и одновременно возможно. Непостижимо - но так четко, ясно, логично и просто. Застывший - но текучий, переливающийся, живой - рисунок. Ты не можешь понять - но понимать и не нужно. Времени не существует, есть лишь только его - и ее - портрет, и с этим как-то надо жить дальше, только вот никакого "дальше" нет, потому что время остановилось, но, пожалуй, не стоит об этом, ты знал, на что идешь, не говори мне, что не знал, нет, ты знал...

Date: 2009-08-04 21:03 Subject: van Geart, 0 Security: Public

Будущее возможно предсказать лишь на коротком интервале. Там, где его уже невозможно изменить.

Потому что там, где его изменить возможно, его не надо предсказывать. Его надо делать.

Date: 2007-07-22 23:21 Subject: jibrail Security: Public Music: Ulver - Svidd Neger

Не прячь лицо в ладонях. Не поможет. Ты же знаешь. Ну вот, смотри, я убираю свою флейту. Да выслушай же меня, наконец! Ты не читаешь моих писем. Потому-то я и нашел тебя здесь. Ты с самого начала, с первой нашей встречи знал, что я хочу ответить тебе. Вставай.

Твоя свобода воли предопределена. В дарованной тебе слабости человеческой способен ты творить то, что не есть добро; говорить то, чего на самом деле нет; и не видеть то, что есть вокруг тебя. Ты спросил меня тогда, как учили тебя в семинарии. Спросил шутя, веря, что ответа не существует, что ты одержишь верх над любым, дерзнувшим шагнуть в дебри церковной схоластики. Но я промолчал. И с тех пор, с самого нашего знакомства, ты всякий раз заглядывал мне в глаза, искрене надеясь, что я отвечу. Сжалюсь - и дам тебе не тот ответ, которого ты так боишься. Который ты знаешь, знаешь давно, но остерегаешься сказать даже самому себе. Дай мне руку.

Твоя свобода воли предопределена. Ты научился говорить неправду, творить недоброе и закрывать глаза на движение Его руки за тканью мироздания. Ты выучил урок до конца. Ты не мог иначе, и это гнетет тебя, гнетет даже теперь. Смотри, вот так. Зажимаешь здесь и здесь. Дыши ровнее.

Твоя свобода воли предопределена. Ты обречен на нее, такова человеческая доля. Каково это? Жить - и знать, что ложь, зло и безверие даны тебе извне? Не отвечай. Не прерывайся. Нет, тут тоном ниже. Чувствовать в себе фальшь, но не искоренять ее? Еще раз, с начала. Осознавать: все то, что ты так ненавидишь в себе, даровано тебе свыше? Вложено в тебя насильно ради незримой, неведомой тебе цели?

Что ж, для первого раза неплохо. Потренируйся пока на зверье. Скажем, на крысах. Что-то я такое слышал вчера в магистрате. Это, конечно, не труба, но у тебя должно получиться...

Date: 2006-12-11 03:46 Subject: shoji Security: Public Music: Ulver - Svidd neger

Мне так много нужно сказать тебе. О биении сердца. О дыхании горных вершин. О птичьих трелях. О волшебстве. О времени. О людях. О любви. Я понимаю, что все это - одно и едино. Но язык человеческий не вместит так много на пространстве одной строки. Особенно после недавних событий в Вавилоне и Ниневии. Снова и снова берусь за стило - и раз за разом застываю в немом благоговении перед величием божественного замысла, не в силах вымолвить ни слова. Временами мне кажется, что все это - лишь блики, рябь, буруны на перекате, что я ровным счетом ничего не понимаю, что я ошибаюсь, я слеп, я глуп, я наивен, и незримый страж водит меня за руку, кругами, ехидно посмеиваясь в отворот пиджака. Хотя нет... пожалуй, наивность - это как раз то, что спасает меня в минуты помрачения и упадка сил. Я чувствую руку, слышу шум сосен выше по склону и улыбаюсь, полагая, что поводырь мой улыбается тоже. Я иду. Иду, ибо в наивности своей не могу и помыслить зла, собственного ли, чужого ли - просто не способен. И вот меня подводят к стене, по звуку шагов я слышу; за спиной что-то сухо щелкает, еще раз, и еще, или прокашливается кто-то. Я улыбаюсь. Я вспоминаю, что вначале было слово...

...одна короткая команда...

Залп оглушителен.

...

Тьма озаряется тысячью огней. Я... вижу. Пятно мха на бурой скале прямо передо мной. Ссадина на сгибе указательного пальца. Птичье перо.

Светает.

Date: 2006-11-09 02:29 Subject: kabuto Security: Public Music: Ulver - Svidd neger

...не знаю, как и сказать тебе. Меня давно смущает одна вещь. Ведь если каждый воспринимает вместо меня какой-то свой внутренний, сложившийся образ, портрет, движущиеся картинки - тогда, простите, кому нахрен я на самом деле сдался, такой весь из себя уникальный индивидуум? Если они разговаривают не со мной, а с глюками в своей голове, и если я, черт возьми, делаю то же самое? Я могу носить тысячи масок. Или одну. Или ни одной. Это не играет ровно никакой роли. Ни-ка-кой. Пусть даже я вывернусь наизнанку, сброшу все покровы, буде таковое возможно - все равно никто - никто! - не воскликнет "А король-то голый!" Бо для воспринимающего меня извне я - это вовсе не я. Любые неувязки моих "реальных" слов и поступков будут либо проигнорированы, как несоответствующие картине, либо, что ничуть не лучше, в картину тут же превнесены в качестве коррекций и уточнений. Это ничего не меняет. Ни-че-го.

Я знаю, где-то там, внутри, есть та самая неподвижная точка, которой так домогался Архимед. За неимением лучших вариантов именно ее я и считаю собой. Но у нее нет никаких атрибутов, кроме ее бытия, неизменного, несомненного, непререкаемого. А значит, она не может быть воспринята извне. Не может быть, бога в душу мать, превнесена в качестве мазка в чужую картину меня - брр, жуть - и даже... даже не может быть про-иг-но-ри-ро-ва-на в этой картине. Не может. Нет.

Такая точка есть всегда. В каждом. Да, я заношу ее в свою картину тебя, я плачу, плююсь, я ругаюсь на чем свет. Но я рисую ее, эскизным штрихом, я, теоретик, не укладывается она в эту картину сама, гармонически оттуда не вытекает и в твоих действиях и желаниях не проявляется. Ибо се есть моя зарисовка твоей маски, черное на черном, и не имеет она к тебе ровным счетом никакого отношения, это часть меня, а во мне одна такая точка уже есть, и второй быть не может.

Твоя душа заперта навеки - сфера Шварцшильда, горизонт событий черной дыры, держит ее крепче любых замков. Изолированный от времени и пространства, слепоглухонемой эмбрион, неподвластный восприятию иначе, нежели на кончике пера, непостижимая сингулярность - она... тем не менее... в полном соответствии с физикой черных дыр... излучает. Она не существует, она нереальна - но она светится.

Ты знаешь, я хотел написать вовсе не об этом.

Date: 2006-09-13 01:30 Subject: love is... Security: Public Music: Земфира - Земфира

Ты знаешь, я вовсе не смел. Я просто слишком глуп, чтобы бояться. Я идиот. Священное животное. Я боюсь там, где этого совсем не надо. Тени бросаются на меня из кустов, кто-то шуршит во тьме палой листвой. Меня оценивают. От меня чего-то хотят. Я до дрожи в руках и ногах боюсь самого себя. Бог - он добрый. Его-то бояться совсем не надо. А вот я... Страшно быть перчаткой на левой руке Господа. Страшно. Потому что правая... правая - она непокрытая, она просто так...

Любовь, подобная войне... Квинтэссенция европейской цивилизации. Вытяжка! Экстракт! Герметическое учение! Мы постулируем великие препоны и под барабанный бой, верхом на белом (или окрашенном в гербовые цвета заказчика) коне, бросаемся покорять Ершалаим. Прекрасные дамы роняют батистовые платочки под копыта нашего скакуна... и в грязь их, в грязь. Какие, к дьяволу, дамы - Ершалаим не ждет.

Тебе не досталось коня? Нет прекрасной дамы? Ты топчешь деревянными башмаками мостовые уездного Гаммельна, чешешь инструментом в затылке, но сердцем и мыслью ты под стенами Священного Града? Оглянись, глупец! Посмотри! Философский камень - у тебя под ногами. Хватит корябать черепушку стальным сверлом - сделай, наконец, брату нормальную флейту. Рыцари креста упилили за тридевять земель в поисках гнутной полукроны, что зашита в твой пояс. Сойдет ли пучок свежего латука с лотка зеленщицы за батист? Стой! Ни шагу дальше! Твой Ершалаим - везде. Везде, ты понял меня?!

Не понял...

Мда...

Ничего, это пройдет.

Date: 2006-09-12 13:31 Subject: love is... Security: Public Music: Garbage - Version 2.0

Мы славно поговорили с тобой о любви вчера, о да... Соседский пес измазал меня землей с ног до головы пока я чесал его за ухом. Деревья ты показал мне во всей красе. Прочие мелкие штрихи тебе тоже удались. Но больше всего меня впечатлили Проповедники Version 2.0

- Как Вы полагаете, наука и вера в Бога - это вещи сопоставимые?
смеюсь ему в лицо; безо всякого сценария, просто это наиболее естественная реакция
- Что Вы, конечно же нет! небольшая драматическая пауза Наука - это полнейшая чушь. А вера в Бога - вещь довольно-таки осмысленная.
- Вот как... сказать, что он шокирован - значит ничего не сказать; протягивает мне напечатанную на плохонькой бумаге цветную брошюру Если вы хотите узнать, что об этом говорит Библия...
елки-моталки, нифига себе! христианский проповедник, не кришнаит
- Нет, молодой человек. Религия и вера в Бога - это тоже разные вещи.
- Ну, религии есть разные, да...
- Религия, я бы сказал, это способ веру организовать и упорядочить. Вещь вовсе необязательная...
- Но ведь все люди, если они веруют, куда-то идут и...
- Молодой человек, вот Вы говорите "все". Вы заблуждаетесь. Я вот, например, к этим "всем" не отношусь.
- Это Ваше мнение...
продолжаю прерванный путь
- До свидания! бросает мне вслед миловидная спутница проповедника; огонь фанатизма в ее глазах не столь ярок

что ж, до свиданья

Date: 2006-08-23 01:09 Subject: (no subject) Security: Public Music: Witch Hunter Robin OST

Память. Сумрачный лабиринт стоп-кадров, музыкальных фрагментов, звуков, запахов, эмоций, прикосновений. Я иду меж нескончаемых пыльных стеллажей с катушками кинхроники. Нет надобности брать металлические таблетки в руки. Я и так знаю, что даты на ярлыках стерты, нечитаемы. Не помню, когда я вперывые обнаружил это, вы уж извините. Вот она, пленка. Все запечатлено ясно. Взгляд, недоумение, осознание. Тихая радость, кто его знает - почему? Впрочем, может я и знаю. Смотрите! Ни единой буквы, цифры, черточки на наклейке. Разноцветные пятна вам что-нибудь говорят?

Зачем я помню все это? Вещи, лица и события, картинки и цвета. Сны. Чувства. С точки зрения здравого смысла (если ненадолго пригласить его на нашу вечеринку) - чушь полная. Картинка с коробки из-под печенья - медведь с котомкой. Только почему он выше берез? Что он здесь делает, в этом лесу, в двух шагах от дачного домика? И сколь силен должен быть ужас ребенка дошкольного, так сказать, возраста, чтобы этот кошмарный сон так легко всплывал из глубин кинохранилища после стольких лет?

Без особого труда можно перенестись в тот пансионат, что служил нам для школьных занятий в... в каком-то году служил, да. Усыпанная желтой листвой аллея, запахи, звуки, цвета, лица. Можно пройтись по этажам. Поговорить с этими тенями, конечно, нельзя... но послушать или, тем более, посмотреть - сколько угодно. Не то, чтобы все это было слишком уж эмоционально нагруженно. Некоторые фрагменты заметно ярче других, да, но ни один из не сравнится с детским кошмаром, с осенними прогулками разных лет, с...

А вот черта-с-два! Не помню я свой первый поцелуй. Штамп такой, клише - а не помню. Знаю где, кто, что и примерно когда - все это выводится из тех пленок, что сохранились. Но "тот самый первый" был столь эмоционально НЕ нагружен, шел сам-собой-разумеющимся в таком эмоциональном потоке, что никаким заметным всплеском не отмечен. Он, несомненно, был. Чисто арифметически.

"Зачем я помню все это" - вопрос, конечно, некорректный. Не "зачем" оно, а "почему". А ответ на "почему" тавтологический, да... и не только. Прошлое может до сих пор существовать - или быть фантомом в сумрачных коридорах, выбирайте что нравится. Но память - память есть штука сиюминутная, память есть со мной здесь и сейчас, в том моем настоящем, что определяет сюжет следующих серий. И то, что я "помню", и то, что я "не помню"... но с трудом вспоминаю, проползав пару часов по межэтажным перекрытиям хранилища. Если оно во мне есть - оно есть во мне здесь и сейчас. Здесь и сейчас определяет мои действия, осознаю я это или нет. За примером далеко ходить не надо. Самое сущестование лабиринта призраков определяет именно то, что здесь и сейчас передо мной пляшут мелкие буковки без засечек, определяет то, о чем они пляшут и под какой каррент мьюзик. И то, как они пляшут, тоже определяет.

Моя память - не прошлое, о котором даже трудно сказать, было оно или нет, а память - определяет пространство выбора, когда ставится выбор. И частенько, когда в ее сторону никто не смотрит, она и выбор-то этот делает сама. Да, она определяет сюжет. Пишет сама себя. Живет мою жизнь. Почти.

Почти, потому что некоторых вещей этот эфемерный гомункул все-таки не может. Тех, которые каждый раз надо делать заново. Не стоит их за меня перечислять, милая, ладно? Честный их список бумага не вместит. Даже виртуальная. Ибо кое-что, конечно, "вручную" делать просто-таки обязательно. Но на самом деле... на самом-то деле... делать "по-старинке" можно практически все. Ну просто абсолютно все. Проживать. А не прожевать. Самому. Примерно так. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Вдох...